Неточные совпадения
— Вредный субъект. Способен
заварить такую
кашу… черт его возьми!
— Так что ж тебе сухоти́ться?.. Сам
кашу заварил, сам и расхлебывай, — сказал Смолокуров.
Умывание, прелесть золотого и синего южного неба и наивное, отчасти покорное, отчасти недовольное лицо Любки и сознание того, что он все-таки мужчина и что ему, а не ей надо отвечать за
кашу, которую он
заварил, — все это вместе взбудоражило его нервы и заставило взять себя в руки. Он отворил дверь и рявкнул во тьму вонючего коридора...
— Ишь какой недогадливый! — засмеясь, отвечала Фленушка. — Сам
кашу заварил, нагнал на девку сухоту да еще спрашивает: кто?.. Ровно не его дело… Бесстыжий ты эдакой!.. На осину бы тебя!..
— А скажи-ка ты мне, Алексеюшка, не заметно ль у вас чего недоброго?.. Этот проходимец, что у нас гостил, Стуколов, что ли… Сдается мне, что он каку-нибудь
кашу у нас
заварил… Куда Патап-от Максимыч поехал с ним?
«Черт меня дернул
заварить всю эту
кашу и взять на себя такую обузу, особенно еще и с этим чертенком в придачу», — думал он, стараясь заснуть и позабыть неприятности своего генеральского поста.
— Да!
заварили турки
кашу! придется матушке-России опять их уму-разуму учить!
Всю
кашу эту она
заварила.
— А чого ж я буду говорить, сват? — упирался Коваль. — Лучше ж послухаем твои викрутасы, бо ты
кашу заварил… А ну, сват, тоби попереду говорить, а мы послухаем, що из того выйде.
Ну,
заварил ты
кашу, Гиляй, сидеть бы тебе в пересыльной, если бы не Павел Михайлович! — закончил Н.И. Пастухов.
«Ну,
заварили вы
кашу! Сейчас один из моих агентов вернулся. Рабочие никак не успокоятся, а фабрикантам в копеечку влетит. Приехал сам прокурор судебной палаты на место. Лично ведет строжайшее следствие. За укрывательство кое-кто из властей арестован; потребовал перестройки казарм и улучшения быта рабочих, сам говорил с рабочими, это только и успокоило их. Дело будет разбираться во Владимирском суде».
— Мне даже тошно стало, как взглянул я снова на эту жизнь. Вижу — не могу! Однако поборол себя, — нет, думаю, шалишь, душа! Я останусь! Я вам хлеба не достану, а
кашу заварю, — я, брат,
заварю ее! Несу в себе обиду за людей и на людей. Она у меня ножом в сердце стоит и качается.
— Да, Яков Васильич, я бы просил вас. Я теперь такую
кашу завариваю, что припасай только! — произнес князь почти униженным тоном.
— Я уже сказал, что пустяки: нужно помирить Раису Павловну с Ниной Леонтьевной. Ведь, собственно говоря, батенька, вы и кашу-то всю
заварили, так вам ее и расхлебывать.
Русский народ издавна отличался долготерпением. Били нас татары — мы молчали просто, били цари — молчали и кланялись, теперь бьют немцы — мы молчим и уважаем их… Прогресс!.. Да в самом деле, что нам за охота
заваривать серьезную
кашу? Мы ведь широкие натуры, готовые на грязные полицейские скандальчики под пьяную руку. Это только там, где-то на Западе, есть такие души, которых ведет на подвиги одно пустое слово — la gloire [Слава (фр.).].
— Ну
заварил ты
кашу, Гиляй, сидеть бы тебе в Пересыльной, если бы не Павел Михайлович.
— Ну
заварили вы
кашу. Сейчас один из моих агентов вернулся… Рабочие никак не успокоятся, а фабрикантам в копеечку влетит… приехал сам прокурор судебной палаты на место… Сам ведет строжайшее следствие… За укрывательство кое-кто из властей арестован, потребовал перестройки казармы и улучшения быта рабочих, сам говорил с рабочими, и это только успокоило их. Дело будет разбираться во Владимирском суде.
— Сейчас мы с Борисом Ширкуновым
завариваем в предметной комиссии очень крутую
кашу, — посмотрим, как-то ее расхлебает наша правая профессура!
Стоило купить какой-нибудь крупы и
заварить великолепную
кашу.
Сам запутался — сам и распутывайся; умел
кашу заварить — умей ее и расхлебывать; любишь кататься — люби и саночки возить.
— Только ты себя осрамил, Андрошка… Выйдет тебе решение как раз после морковкина заговенья. Заварить-то
кашу заварил, а ложки не припас… Эх ты, чижиково горе!..
— Следователь-то у Петра Васильича в дому остановился, — объяснил сотник. — И Ястребов там, и Кишкин. Такую
кашу заварили, что и не расхлебать. Главное, народ весь на работах, а следователь требовает к себе…
— А скажу я тебе, Андрон Евстратыч, что
заварил ты
кашу…
Для чего он
заварил всю эту
кашу?
Начнется следствие, потянут к допросу прислугу, наконец его, Гладких, и самого Петра Иннокентьевича — тогда обнаружится все, и помогут ли еще деньги, чтобы потушить дело, тем более, что теперь занимается даже на горизонте сибирского правосудия какая-то новая заря… даже этот Хмелевский, пожалуй, может
заварить такую
кашу, что не расхлебаешь никакой не только серебряной, но даже золотой ложкой!» — размышлял Иннокентий Антипович.
— И больно мне еще, что ты не попируешь на свадьбе моей… Нельзя людей оставить и без тебя, и без меня… Как еще тут начнет верховодить московский воевода, таких бед наделает, что хуже и не надо, такую
кашу заварит, что и не расхлебаешь, — говорил Ермак Тимофеевич.
— Не без того, я думаю;
заварите уж вы
кашу с вашими актерами, — проговорил тот и взглянул в угол.
Кашу заварит, нянчится с дитятей.
— Что ты, что ты, шалый, затевать хочешь? — вскочил в свою очередь перепуганный князь Никита. — Ведь он мне обиняком говорил, под видом шутки, а тебе я, как брату, сказал в предупреждение… С чего же
кашу заваривать? Неровен час, сами не расхлебаем… Пожалей, повторяю, меня, дочь… Силен он, татарский выродок…
— Не видать разве, святая ты простота, — горько усмехнулся князь Никита, — что слопал, видимо, нас рыжий пес, улучил минуту, когда я вперед ускакал, и обнес змеиным языком своим. Такую, быть может,
кашу в уме царском
заварил, что и не расхлебаешь. Подозрителен государь не в меру; в иной час всякой несуразной небылице поверит, а прощелыга Малюта ой как знает улучить такой час…
— Айда, Матвей, айда! Нечего тебе делать здесь, не ты
кашу заварил, не присаживайся!
Дальнейшая беседа была решительно невозможна: сделался переполох, в котором дамская нервность и мужская услужливость
заварили страшную
кашу.
— А что вы думаете: ей-богу, это правда! Что нужно этому Степану, в самом деле? Какое у него шило сидит, что он эту
кашу заварил? Не поверю я, что это он из-за якутов.
— Из-за полтинничка кашу-то
заварил! — сказал он, мигнув по направлению пожарища.
Поговорить, по адвокатской привычке, он любил и, видимо, по той же привычке, любил устроить против кого-нибудь интрижку, перемутить, перессорить, словом,
заварить какую ни на есть
кашу.
Страх такой обнял, что лежу в углу кареты, как мокрый пес колечком свернувшись, а сам так же, как пес на холоду, и дрожу, и уже ругательски себя ругаю, что
заварил этакую крутую
кашу…
Кашу заварил, будет ли только успех?
Заварила барынина мамаша
кашу — ложка колом встанет. Куды командир, туда и она, самотеком. Новоселье ли у кого, орденок ли вспрыскивают, все ей неймется. Не с тем, мол, приехала, чтобы пальцы на ногах пересчитывать… Мантильку свою черного стекляруса вскинет, да так летучей мышью рядом и перепархивает с мостков на мостки. Резвость двужильную обнаружила, — злость кость движет, подол помелом развевает.
То есть им хотелось
заварить в России какую-то
кашу и сумятицу, среди которой можно было бы и самим сыграть какую-нибудь роль.